Литература Великий Новгород

Семь цветов, семь дней, семь ручьёв, семь нот...

NicoYr — Sun, 18 Jan 2015 10:42:34 GMT

Семь цветов, семь дней,семь ручьёв, семь нот.
За семь долгих лет до красного понедельника,
С якорей снимался балтийский флот,
Поправляя крест нательный под тельником.

Проходя под радугой гряньте марш,
Впереди просоленных странствий месяцы,
Кто-то будет ядрами смолот в фарш,
Кто-то от тоски на рее повесится.

Бело-голубая соль четверга,
Выступит на каждой детали брига...
В Питере декабрь, мороз, снега,
В кабаке спивается поп-расстрига,

Этот ли кричал в паруса псалмы
И крестил кормы золотым распятием?
Если Бог позволит, вернёмся мы,
Обретём прощенье в его объятьях.

Воскресенье. Господи дай мне си...
Кожи цвет становится фиолетовым.
Семь цветов, семь дней - в один ком меси -
Семь ручьёв, семь нот, моряками спетыми.

Альбина Янкова, "Как так?"

Альбина — Thu, 20 Feb 2014 11:49:21 GMT

Как так?... Великий и могучий,
Воспетый Пушкиным язык
Для многих стал не очень звучен,
И скучен тем, кто так привык
В сети общаться виртуальной.
И ставить лайки, сделав клик.

Забыты вальсы в зале бальной,
Забыта танго и фокстрот...
И тянет к жизни экстримальной
С тарзанки бреющий полет.

И как найти тот редкий случай
Где Пушкина с любовью учат?

Альбина Янкова "Излечи от безумия мира"

Альбина — Thu, 20 Feb 2014 11:35:52 GMT

Как сильны эти волны эфира,
паутина лукавых сетей.
Излечи от безумия мира
тишиной благодати Твоей.

Притупи суетливое жало
разъедающих душу страстей.
Силы дай мне отсечь, как кинжалом
все хотения бурных затей.

Ты Владыко, земных устроений
Угаси в моем сердце раздор.
Дай в молитве простой упоенье
Избежать пред Тобою позор.

Дочери восемь лет

Альбина — Thu, 02 Jan 2014 06:25:15 GMT

***

Дочери восемь лет.
Она не играет в куклы.
Грызёт намытые фрукты
И смотрит в youtube сюжет.
Она собирает наклейки,
Рисует большие картины,
Цветы поливает из лейки,
Лепит из пластилина,
Но не играет в куклы!
...Ей скучно... А может неловко
За кукол говорить пискляво.
В этом нужна сноровка
И артистизм, пожалуй....
И всё-таки в магазине
Нет-нет, да взглянет украдкой:
куклы стоят в витрине -
Платья красивой складкой.
– Купить?
– Да, не надо, мама.... Я ж не играю в куклы...
Скажет она упрямо:
¬ Лучше купи мне фрукты.

Гонит ветер по аллее

Альбина — Mon, 30 Dec 2013 13:14:16 GMT

***

Гонит ветер по аллее
Разноцветные листы,
Мы с тобой переболеем
И разлук сожжем мосты.

Тихой заводью сомнений
К океану теплых слов
Выйдем волею решений
Сохранив свою любовь.

Траурные дни для Волгограда

Альбина — Mon, 30 Dec 2013 13:12:47 GMT

***

Скрутить жгутом все мысли в голове ...и задержать, зажав в себе дыхание — до боли, до звоночка... по канве размытого, реального сознания...
Но даже это сможет ли вернуть? Нам тех, кто был взрывной волной отброшен?
...Смотрю на снег в крови, на эту жуть, на колосс жизни, что терактом скошен...
За что? За что нам эту боль терпеть? Встаёт вопрос неразрешённой глыбой... Заполонили Русь уже на треть, а мы в сетях всех обязательств- рыбой...

P.S . 29, 30 декабря 2013 года эти дни не предновогодней суматохи и подарков, эти дни траура по погибшим в теракте Волгоградцах.

...А спящий город засыпает снег

Альбина — Mon, 30 Dec 2013 13:11:35 GMT

...А спящий город засыпает снег...
Ночь медлит уходить со сцены...
Ты помнишь прошлый...тот...20 век,
как молодость взрывала вены?
...Теперь на опыте прошедших лет
Писать трактат о воспитаньи можно...
Да, что я?... Мы нашли ответ
На все вопросы, хоть и было сложно...
Предновогодних хлопотов чреда
Чуть отвлечет от этой ностальгии
И Рождества полночная звезда
Свой свет прольёт на землю, как впервые...

Екатерина Кольцова-Царёва. Райнер Мария Рильке. Ангелы

zarova — Wed, 23 Oct 2013 12:30:47 GMT

(перевод с немецкого)

У них уста вещать устали*
И души – светочи покоя.
Грешны их помыслы едва ли,
Вот только сны горчат тоскою.

Стремятся схожестью к пределу;
Молчат у Господа в садах,
Как многоликие пробелы
ЕГО мелодий в небесах.

Но стоит крыльям распрямиться –
Дохнёт воздушная струя:
И в ней Творец отобразится,
Чрез руки мудрого провидца,
В туманной Книге Бытия.
24.07.2013

Rainer Maria Rilke
Die Engel

Sie haben alle m;de M;nde
und helle Seelen ohne Saum.
Und eine Sehnsucht (wie nach S;nde)
geht ihnen manchmal durch den Traum.

Fast gleichen sie einander alle;
in Gottes G;rten schweigen sie,
wie viele, viele Intervalle
in seiner Macht und Melodie.

Nur wenn sie ihre Fl;gel breiten,
sind sie die Wecker eines Winds:
als ginge Gott mit seinen weiten
Bildhauerh;nden durch die Seiten
im dunklen Buch des Anbeginns.

Подстрочник

У них усталые уста
И светлые души без рубцов (каймы).
И тоска (как будто после совершения греха)
Бывает у них иногда в сновидениях.

Они почти походят друг на друга;
В садах Господа молчат они,
Как многие, многие интервалы
В Его могуществе и мелодии.

Если они раскрывают крылья,
То будят ими потоки ветра:
В нём (ветре) Бог отображается
Через руки мастера
На страницах тёмной Книги Бытия.
_______________________________
Уста... устали* - сохранены особенности оригинального текста:
m;de M;nde - усталые уста.

Екатерина Кольцова-Царёва. Райнер Мария Рильке. Вечерняя прогулка

zarova — Wed, 23 Oct 2013 12:04:40 GMT

(перевод с немецкого)

Гуляем в лунный вечерок
По бледной тисовой аллее,
Твой лик задумчиво светлеет,
И вьёшь ты беленький венок.

Утомлена, иди ко мне.
Ты улыбаешься, родная,
Приветным звёздам; я же знаю,
Твоя душа болит вдвойне:

Ведь я тоскую… Веришь, нет,
Печаль пройдёт, когда ночами
Сошьёшь усталыми руками
Для колыбельки первый плед.
09.09.2013

Rainer Maria Rilke
Abendgang

Wir wandeln in den Abendglanz
den wei;en Weg durch - Taxusb;ume,
du hast so tiefe, tiefe Tr;ume
und windest einen wei;en Kranz.

Komm, du bist m;de. Kurze Rast:
Du l;chelst in die hei;en Fernen
du l;chelst zu den ersten Sternen,
und ich wei;, da; du Schmerzen hast .

Ich sehne mich so ... Du verstehst. -
Und dieses Sehnen wird erst enden,
wenn du mit leisen, m;den H;nden
die erste Wiegendecke n;hst.

Подстрочник

Мы прогуливаемся в вечернем блеске
по белой дороге – тисовой аллее,
ты в глубоких, глубоких мечтах
и плетёшь (вьёшь) белый венок.

Подойди, ты устала. Короткий отдых:
ты улыбаешься жарким далям,
ты улыбаешься первым звёздам,
и я знаю, что тебе больно.

Я так тоскую... Ты понимаешь. -
И эта тоска закончится только тогда,
когда ты спокойными, уставшими руками
сошьёшь первое одеяло для колыбели.

Екатерина Кольцова-Царёва. Райнер Мария Рильке. Песнь любви

zarova — Wed, 23 Oct 2013 11:59:09 GMT

(перевод с немецкого)

Как душу мне в оковах удержать,
чтоб не касалась трепетно твоей.
Как ей позволить в сонме дел забыться?

Ах, как охотно б я желал опять
её на время заточить в темницу,
в безмолвном чуждом месте, без страстей,
когда тайфун в груди твоей клубится.

Но общее роднит меня с тобой;
вот так смычок талантливой рукой
из пары струн одну ваяет радость.

А что исторгло звуков нежный лад?
и кто же этот дивный музыкант?
О песни сладость!
27.03.2013

Rainer Maria Rilke

Liebes-Lied

Wie soll ich meine Seele halten, da;
sie nicht an deine r;hrt? Wie soll ich sie
hinheben ;ber dich zu andern Dingen?
Ach gerne m;cht ich sie bei irgendwas
Verlorenem im Dunkel unterbringen
an einer fremden stillen Stelle, die
nicht weiterschwingt, wenn deine Tiefen schwingen.
Doch alles, was uns anr;hrt, dich und mich,
nimmt uns zusammen wie ein Bogenstrich,
der aus zwei Saiten eine Stimme zieht.
Auf welches Instrument sind wir gespannt?
Und welcher Spieler hat uns in der Hand?
O s;;es Lied.

ПОДСТРОЧНИК

Как я могу мою душу удержать, чтобы
она не касалась твоей. Как я должен её
направить через тебя к другим делам?

Ах, как охотно хотел бы я её у чего-то
потерянного в темноте поместить,
в чужом и тихом месте, что
не волнуется, когда взвиваются твои глубины.

Но всё, что касается тебя и меня,
берёт нас вместе, как смычок,
который из двух струн тянет один голос.

На какой инструмент мы натянуты?
И какой музыкант держит нас в руке?
О сладость песни!

Валерий Рыбалкин "Серая осень".

valeri_rb — Tue, 08 Oct 2013 10:24:33 GMT

Серая осень.

Снова нас накрыло покрывалом
Чёрных туч, дождей и серой мглы.
В старом парке, хмуром и усталом,
Мокнут потемневшие стволы...

Плачут белоствольные берёзы
В ожиданье снега и зимы.
Льются с веток наземь листья-слёзы,
Как роняем их, порою, мы.

Грустно смотрит липа, облетая,
Обнажаясь тихо, не спеша.
Вновь подкралась осень золотая,
Многоцветьем, золотом шурша.

Ветер гонит вдаль седые тучи,
Дождь струится с плачущих небес.
Нам бы солнышка - хотя бы лучик,
Нам бы счастья каплю - позарез!

Но не внемлет просьбам злая осень.
Льётся с неба тёмная вода.
Плачет, и за всё прощенья просит,
Только не дождётся - никогда.

Разучились мы прощать обиды,
Разучились верить - вот беда.
Очерствели души-инвалиды,
Не размочит их небес вода.

Очерствели, корчась, коченея
В этом мире холода и зла.
Трепетали, возражать не смея
Серой мгле, что осень принесла.

Только выйдет солнце из-за тучи
И растопит в душах серый лёд.
А надежда - птицею живучей,
До весны, надеюсь, доживёт.

Александр Комаров "БАБЬЕ ЛЕТО"

RED — Wed, 02 Oct 2013 10:08:18 GMT

Бабье лето – весна на пенсии.
Отогрейтесь, те, кто иззяб.
Только слаще целует женщина,
Если шпарит её сентябрь.

Горько-сладкое жало осени
Сердце страстью сжигает в прах.
Отлюбили её и бросили,
А ведь самый-то жар в углях!

Оттого столько грусти в ивовых
И раскосых её глазах,
Что не вымолвить и не вымолить,
И уже не вернуть назад.

Бабье лето – весна на пенсии.
Отогрейтесь, те, кто иззяб.
Только слаще целует женщина,
Если шпарит её сентябрь.

Станислав Сенькин-Рубанский "Одетый Не по Форме"

Сенькин — Sat, 28 Sep 2013 19:06:14 GMT

Сорвался белый теплоход " Россия",
С уверенных и крепких якорей.
На произвол психующих морей.
Нас в новый мир неясный уносило...

С советских, грубых, жестких, проржавевших.
Что на цепях особого режима.
И вроде штиль был, не было нажима.
Но После непонятного затишья,
Напала буря на мое мальчишество...

Заполыхали местные пожары,
И там где место оказалось ржавым,
Пробоины открыли свою течь.
И от ненужной бесконечной качки,
В то время многим приходилось лечь.
Морской синдром переходил в горячку,
Эритроциты превратив в картечь.

Сорвался флагман трепетного мира,
Его терзают Запада ветра.
И новый капитан творил кумира,
Похожего на Рейгана, как брат.

И как индейцы поджигая трубки,
Мы Мир курили... Будто самосад.
А нас несло течение назад...

Так в битве за свободу человека,
Дошли почти до каменного века...

Там новой эры встретили Колумба.
Он целовал нас, дудкой сделав губы.
А мы меняли золото культуры,
На безделушки и карикатуры...
Мы шли на Либерти, нас так манил Лас - Вегас...
Но все огни, как оказалось - хлопья снега...

В машинном отделении молчанье,
На верхних палубах волненье и возня.
Там русские мои однополчане,
Теперь орали, будто англичане
Что только в "буйну" голову взбредет.
И в их речах был просто шквал огня,
Пересеченного и весь на поражение...
В нем прошлой жизни проявлялось унижение.
А теплоход идет... Идет... Идет!

И вроде здесь вчера сияли лица,
Наивностью, и строгой добротой,
Но теплоход боялись, как эсминца
За каждой широтой и долготой.
Боялись немцы, избегали янки.
Все уважали крашеный макет.
Боялись, что с похмелья после пьянки,
Он даст салютом ядерных ракет...
И вот теперь он старое корыто...
И вот теперь он пастбище для крыс,
Что будут объедать людей открытых,
Кто при любом раскладе крепко сшитый,
Кто сделал так, чтоб русские спаслись...
И потянулись к умершим машинам.
Чтоб гайками ввернуть в них нашу жизнь.

Корабль потом изрядно подлатают...
Заправят дизелем цистерны до краев.
И теплоход свистками так споет,
Что вспомнят русофобы и нацисты,
Что мы, тех кто слабей почти не бьем,
А кто сильней нас, распугаем свистом.
Нам пара хватит и без коммунистов...
---------------------------------
Но к русским уважение живет...
Я помню, распрощавшись с Кенигсбергом,
Поехал, отслужив последний год,
На дембель... С замечательным соседом.
Он был писатель, пишет о Руси.
Американец с девушкою нашей.
По-русски слов он не произносил.
Старалась переводчица Наташа.

Я завязал морские узелки,
Из слов простых, как из бечевки грубой.
Она так нежно, (маки словно губы),
Мне рассказала, кто мы - мужики...
Как бросила ИнЯз на третьем курсе,
Была беременна, моряк ее ушел...
И вся она была в высоком вкусе,
Красива, одевалась хорошо.

Вдруг обернувшись к заграничному соседу,
Произнесла, Что "Рашен Сейлор" Я.
Он руку жал мне, и мы до обеда
В вагоне-ресторане за беседой,
Втроем тянули бронзовый коньяк...
И он был удивительно другой.
Не тот буржуй с гримасою салатной,
Которых красной маршевой ногой
Под задницу пинали аккуратно...
Он был, как я... Он был, как отражение...
И у меня к нему сложилось УВАЖЕНИЕ!
Ведь и у нас хватало коммерсантов
Что продавали чувства с порносайтов
В те самые лохматые года...
Прошло знакомство по обычной норме.
Я был моряк, одетый не по форме,
Наташа, чисто русская красотка,
Американец в стоптанных кроссовках...

Как я гордился всем своим народом!
Я не жалел отслуженные годы,
С Андреевским знакомым миру флагом...
Ведь теплоход "Россия" снова флагман.
И я на нем матрос.
А ваши лица,
Счастливыми сияют маяками...
Но если что мы станем моряками,
Матросами Великого Эсминца...
--------------------------------
Но я надеюсь, Он не пригодится!

Станислав Сенькин-Рубанский "Бессонница... В Такую Ночь"

Сенькин — Sat, 28 Sep 2013 19:03:31 GMT

В такую ночь бессонница красива,
Красива так, что мне невыносимо.
И звезды синие в такую ночь неброски,
Но просто пыль пред ними от Сваровски
Стекло...
И драгоценные каменья...
И жизнь моя неверное сравненье
С великой вечностью, ведь я ее обноски...

В такую ночь снега летят спокойно.
Они сверкают сев на подоконник.
И не понятно где тепло, где стужа.
И где я сам, внутри или снаружи...
В такую ночь бессонница, как пташка
Стучится в дверь моей многоэтажки.
Стучится в дверь на нашем этаже,
Стучится в дверь... Иду! Иду уже...

Бетонный мир разбросаный по небу,
Огромный мир, что покорился снегу.
В нем письмена на тоненьких страницах.
В нем мертвый сквер у городской больницы.
Где после неудачных операций,
Приходят люди в белом вытираться,
Как -будто этот снег вода святая,
И он стирает смерть совсем не тая...

В такую ночь я с миром был впервые
Знаком... Мои глаза еле живые
Наполнил свет люминисцентных палок
И был я мал... Точнее очень жалок.

Я видел Альфу, ждал свою Омегу...
Я видел мертвый парк где много снега,
В окно роддома, где от напряженья
Дрожала жизнь на мутном отраженьи.
А в парке люди в черном глупо, слепо
Смотрели в покосившееся небо...
И понял я, что это веселятся,
Те жертвы неудачных операций...

В такую ночь бессонница овалом
В окне больницы звезды рисовала.
Они в моих глазах блестели новых,
Что мне бы позавидовали совы.
Красива ночь, но так выносима.
Дрожит в окне глубокая Россия.
И я тогда впервые детским плачем,
Просил простить за наши неудачи...

Станисла Сенькин-Рубанский "Аист"

Сенькин — Sat, 28 Sep 2013 19:01:02 GMT

На столбе телеграфном
Жил аист вчера.
Он восходы любил,
Он любил вечера…
Хорошо здесь гостить
В нашем ветхом Раю.
На столбе телеграфном,
На неба краю.
Может он и тебя
Приносил малышом?
Очень маленький аист
Жил в мире большом…
А чего тут не жить?
Колосятся поля,
Только чаще не рожь,
А в репее земля.
Воробьи под столбом,
Будто россыпь камней.
Аист слишком красив,
Аист галок умней.
Подлатает гнездо,
Заплетет в него прут.
И не думает даже,
Как аисты мрут…
Да зачем умирать
В этом ветхом селе.
Грустно звезды горят,
А ему веселей…
Поржавеет листва,
Пчелы вынесут пыль.
Улетел бы тот аист
За тысячи миль.
Но бывает зверье,
И найдется злодей…
Не боялся тот аист
Обычных людей.
А чего их боятся?
У них есть душа…
Они любят его
Показать малышам.
Да не все малыши
Любят птиц и цветы…
Им бы в руки рогатки,
Потуже жгуты.
Аист их не корил,
Он детей уважал…
Впрочем, редко его
Кто-то здесь обижал.
Вышел случай серьезней,
Молчали чижи…
Когда аиста ранил
С ружьишка мужик.
Он не то, что был пьян,
И с ума не сошел.
Он не знал, что тот аист
Был тоже с душой.
Он не знал, что добро
Не приходит одно.
Он почти человек,
В его теле темно.
Он почти человек,
Этим в Рай нет пути.
Им на это плевать!
Им чело не крести.
Улетел этот аист
Роняя перо…
А мужик тот ушел,
А на нем чья-то кровь…
Нам совсем не известна
Судьба мужика,
Но мы смотрим порой,
На заре в облака…

На столбе телеграфном
Жил аист вчера.
Он восходы любил,
Он любил вечера…
Был почти людям свой,
А теперь он изгой.
В наше жизни болото
Не вступит ногой.
А детей этот аист
Всегда уважал,
Ведь из них, его редко
Здесь кто обижал..
Слишком много столбов,
Слишком мало причин,
Чтобы бросить наш Рай
Из-за глупых мужчин.
Плачут дети в ответ
На такую стрельбу…
А мужик только: Цыц!
Кинул в эту гурьбу…

Вот и осень дожди
Выльет мертвой водой.
На столбе телеграфном
Пустует гнездо.
Каждый верит, что вновь
Аист будет в гостях
В этом ветхом Раю
Да на братских костях.
Хоть и меньший браток,
Но его жальче всех…
Не накинешь платок
На предательский смех.
Может, жив этот аист,
А может, потух.
Нашей жизни людской,
Одинокий пастух.

Поглядели на грязь
Нашей горькой земли
Клинья, двинув на юг,
Прокричав журавли.
Мы остались одни,
Поднимая курок
Взяв на мушку ворон
И трещоток сорок.
Взяв других на прицел,
Прозябая во лжи.
------------------------
Очень много живых,
Очень мало, кто жив….

Станислав Сенькин-Рубанский "Грустит Мой Боже"

Сенькин — Sat, 28 Sep 2013 18:59:51 GMT

Возможно истина дороже,
Возможно жизнь всего лишь "Пшик"!
Грустит, грустит Мой Милый Боже
И помогать мне не спешит.

Он плачет дождиком незрячим,
Он мироточит на луга.
Грустит, грустит и слез не прячет,
Что слишком пал его слуга.

Часы закончат пульс машинный,
В трубе закончится вода.
Грустит Мой Боже без причины,
Хотя причина есть всегда!

И будет стол и сыр швейцарский,
И будут драки, будет спор.
Грустит Мой Боже не по-царски,
Меня, спасая до сих пор.

Я не умел быть атеистом…
Но в храм дорога заросла.
Грустит Мой Боже в небе чистом,
Раздув из солнца купола.

Он мир заблудший исповедал,
Смывая тяжкие грехи.
Грустил Мой Боже, значит ведал
Кому нужны мои стихи.

Я трону заповедей пальцы,
Я не сниму с груди креста,
Когда Мой Бог начнет смеяться,
Забрав меня в свои места…

Валерий Рыбалкин "Сон".

valeri_rb — Sun, 16 Jun 2013 04:50:04 GMT

Сон.

ОНО во сне ко мне закралось в душу -
Вселенское невиданное зло.
Надеялось, что испугаюсь, струшу.
И навалилось - грузно, тяжело.

Не разлепить налившиеся веки.
И от подушки не поднять рукИ.
Внутри, как в бессловесном чебуреке
По сердцу страхом заскребли смычки.

Вся жизнь моя промчалась предо мною,
Слагаясь в кадры старого кино.
И, глядя на киношного героя,
Мне стало больно, страшно и смешно:

Потёмки детских страхов, заблуждений,
Прогнивших догм разбитое клише...
И мысль о том, что ты ещё не гений,
Огнём горела в раненой душе!

Любовь пришла негаданно, нежданно,
Как ураган всё руша на пути.
ОНА была божественно-желанна.
К НЕЙ было даже страшно подойти...

Но не сбылОсь, не вышло, не сложилось.
Всё развалилось, будто снежный ком.
И, склеив душу, что во мне разбилась,
Побрёл я сквозь тоску и бурелом.

Женитьба, дети, радость и заботы.
Всё как у всех - у жизни на виду.
Рыбалка, нелюбимая работа,
Разлад, развод - к несчастью, на беду.

Опять семья, и снова то же бремя.
Всё пролетело, как во сне, в бреду.
Проходят дни, неумолимо время.
И я по жизни, каторжный, бреду...

Ночь навалилась. Давит - нету мочи.
Неужто всё - конец, небытиё?
Неужто вышли дни мои и ночи,
И сердце остановится моё?..

Но нет! Любимая! Всё ближе, ближе.
Пришла ко мне, склонилась надо мной.
Глаза мои открылись, снова вижу.
Душою вижу светлый образ твой!

Твои глаза, и руки, и одежда,
И розовый румянец на щеке...
И я - зелёный молодой невежда.
И мы идём с тобой - рука в руке...

Нет, мы летим, и я от счастья млею.
Любовью все сомненья размело.
И я тебя опять целую в шею.
Блаженный, я собою не владею!
И нам тепло, и больно, и светло!

Мы молоды. Вся жизнь передо мною.
Эх, по-другому бы её прожить!
Чтоб жизнь текла упругою струёю,
Чтобы гореть, и верить, и любить!..

Вот отпустило, поднимаю руку.
Спускаю ноги, сел. ОНО ушло.
Но не изгнать из сердца боль и муку,
Что это ЗЛО мне ночью принесло.

Нет, не вернуть волшебные мгновенья,
Как можно жизнь и молодость вернуть?
Ко мне во сне являются виденья...
Наш путь во мраке, наш незримый путь...

Золина Полина(12 лет) ***

ppolisha — Tue, 26 Mar 2013 11:12:22 GMT

Однажды утром я проснулась
И осенило вдруг меня,
Что я не просто жить осталась
Я спорту душу отдала.
И обруч я на талии крутила,
И мячики бросала в кольца я,
Но поняла,что в спорте нет мне силы,
И поняла,что в спорте нет меня.
Скиталась я в желаниях и страсти.
На остановку не хватало сил.
Хотела я найти местечко,
Чтобы спастись от этой суеты.
Я не нашла того местечка,
Нашла лишь школу я одну,
Та школа стала новой эрой,
Для тех ребят,что сейчас растут.
Научит школа песни,пляски,
Улыбке,музыке и ласке.
Научит всех,как нас учила.
И,чтобы я не говорила,
А школа веру подарила,
И душу светом озарила.

Золина Полина "Скитание юности"

ppolisha — Tue, 26 Mar 2013 10:53:25 GMT

Валерий Рыбалкин "Запой".

valeri_rb — Sat, 16 Mar 2013 14:14:45 GMT

Запой.

Ой, ребята, я не знаю,
Как мне жить теперь с женой?
Есть болезнь у нас такая,
Называется - запой.

Начиналось всё прекрасно.
Месяц, более - не пил.
Но, чтоб было всё вам ясно, -
Я получку получил.

А закон у нас суровый -
Надо влиться в коллектив.
Взял один баллон литровый,
А ещё - аперитив.

С мужиками посидели,
Поболтали про житьё.
Даже песенку запели,
Затянули - ёма-ё!

Только кончилась закуска,
И в бутылках - ни шиша.
Это будет не по-русски -
Разойтись за полчаса.

Спорить без толку с судьбою.
Денег - полный кошелёк.
И весёлою гурьбою
Мы отправились - в чепок.

За бутылкою - бутылка,
К нам подсел какой-то хмырь.
Дал ему я по затылку,
Он мне - в голову пузырь.

На евойной бестолковке
Чуть разбил я табурет.
Помню, что месили с толком.
Крови много - толку нет.

Мировую - без закуски!
Что же я, америкос?
Обнималися по-русски,
Целовалися - взасос.

Побратались мы, однако.
"Знаешь, истина в вине!
Заживёт - как не собаке.
Кровь - за кровь!" - сказал он мне.

Подкатили две кареты:
Нас лечить и разнимать.
Полицейскому на это
Я сказал: "Ядрёна мать!

Мы теперь родные братья.
То есть - не разлей вода.
Не позволю нас забрать я.
Да к тому ж - у нас беда.

Поскользнулись мы немного,
Раскровянились слегка.
Нам теперь одна дорога -
К медикам. А вам - пока!"

Медицинская карета
Кстати подобрала нас.
Вот спасибо им за это -
Спирта был у них запас.

Подлечили наши раны.
(Нам сестра всегда нальёт!)
И пошли мы, как бараны.
Я включил автопилот.

И на ентом аппарате
Прилетел к нему домой.
Там, конечно, очень кстати
Познакомился с женой.

И опять пошли бутылки.
Муж в салате задремал.
Наши страсти были пылки -
Я его жену узнал.

И, задвинув все морали
(Вот же чёртово бабьё),
Мы в обнимку задремали
На кровати у неё.

Тут мобильник мой, собака,
Вдруг курантами забил.
Но меня он, гад, однако,
В тот момент не разбудил.

Разбудил, подлец, он друга,
Что в салате отдыхал.
Думал тот - звонит подруга,
Ну, и адрес свой ей дал.

А звонила, ну и бяка,
Это мне моя жена.
Беспокоилась, однако,
О моей судьбе она.

Нас с получкой не дождалась,
С горя приняла в тиши
Из того, что оставалось
На похмел моей души.

Через полчаса, не боле,
Дверь открылась в наш бедлам.
Страшно вспоминать, до боли,
Как тогда досталось нам!

Не измерить в децибелах
Вопль рассерженной жены!
От речей остервенелых
Махом пробудились мы.

В окнах стёкла зазвенели,
Кровь прихлынула в виски.
Будто от электродрели -
Задрожали потолки.

Друг салатом поперхнулся,
Об тарелку лоб расшиб.
А меня, когда проснулся,
Пот мандражнейший прошиб.

Плохо помню, как орала,
Глядя на меня, она,
Как ей космы выдирала
Друга верного жена,

Как соседи разрывали
Баб, сцепившихся в замок,
Как нас скопом забирали
В подоспевший воронок...

Да, по полной нам досталось.
Расхлебянилась душа!
Только, други, не осталось
От получки - ни шиша!

Наталия Зуева

НаташаРдейский — Sat, 02 Mar 2013 18:26:05 GMT

* * *
Выйду в ночь за родной порог,
Там заносит пургой тропинки.
Полной грудью вздохну разок –
И растаю в небесной дымке.

Полечу над седой рекой
С полыньями темнее ночи,
Что таят ледяной покой,
Как зимы колдовские очи.

Пролетая, коснусь рукой
Я верхушек берёз украдкой
И тихонько прижмусь щекой
К их коре белоснежно-гладкой.

Над болотом промчусь своим,
Там, где гложут осину лоси,
Где морозный клубится дым
И печали земли уносит.

Слышен волчий протяжный вой,
А в лесочке, устав от бега,
Спит беляк – он ушёл живой.
Косачи улеглись под снегом.

Льдом покрылся бобровый пруд,
А на самой лесной окрайке
Из-под кустиков, там и тут,
Куропаток взлетают стайки.

Осторожно возьму с собой
Эти звуки и эти краски
И вернусь, не спеша, домой,
Надышавшись волшебной сказкой.

Здесь всё также горят огни,
Зазывают к себе витрины.
Город также в себе хранит
Все знакомые мне картины.

За окном моим, как и встарь,
Остановка маячит наша,
Одинокий стоит фонарь
И глядит, как снежинки пляшут.

25 декабря 2012г.

Юлия Демченко "Весенняя Русь"

Джулия — Fri, 08 Feb 2013 11:17:52 GMT

Весенняя Русь

Сердце бьется сквозь дымку тоски,
Как печален промокший февраль!
За истоком туманной реки
Простирается млечная даль.
Неиспитая чаша небес,
Непроснувшийся луч золотой,
Обнаженный, робеющий лес –
Как безропотен край дорогой!
И печально и радостно мне
Сердцем снова весну ощутить.
Жизнь – тропа от весны да к весне,
Русь – от вечности к вечности нить!

Валерий Рыбалкин, "Старые фото".

valeri_rb — Fri, 08 Feb 2013 03:52:17 GMT

Старые фото.

Старые фото ушедшего века
Смотрят на нас с пожелтевших страниц:
Книга в руках или палочка стека,
Сосредоточенность замерших лиц.

Деда глаза, а лицо гимназиста!
Бабушки юной сверкающий взгляд
Светится дОбро, светлО и лучисто,
А ведь снимали - столетье назад.

Группа солдат. Смотрят просто и строго.
Думаешь: "Боже, ведь завтра война!"
Или девчонка стоит - недотрога:
Длинное платье, а в сердце - весна.

Что они думали? Чем они жили?
Что волновало и мучило их?
Нет, не ответят. Навеки застыли
В позах надуманных, в лицах живых.

Верили в Бога, в святую Россию,
В несокрушимую славную Русь.
Знали, что все они - грозная сила -
Русский, татарин, узбек и тунгус.

Царь Николай во главе государства:
Богом поставлен и Богом храним.
И, если был он помазан на царство,
Русский орёл будет - непобедим.

О, заблужденья ушедшего века!
О, неспокойный и сУетный век!
Да, такова уж судьба человека -
Будто в тумане бредёт человек.

Что так волнует меня в этих лицах?
Что нам они так хотели сказать?..
Может, не стоило многим родиться,
Чтобы потом ни за что умирать?..

Вновь с фотографий минувшей эпохи
Лики ушедших взирают на нас...
Будто знакомые древние Боги
С неба спустились... на иконостас.

Юлия Демченко "Февральские мечты"

Джулия — Wed, 06 Feb 2013 09:31:39 GMT

"Февральские мечты"

Идут часы знакомым шагом,
Неласков старый, тусклый дом,
И под привычным серым стягом
Февраль гарцует за окном.
А мне ромашковое поле
Все снится летнею порой,
И я, лишь вырвавшись на волю,
Ищу тот след его живой,
Чтоб от восторга пламенея,
Благодаря Природу-мать,
Упасть блаженно перед нею
И мир ромашковый обнять!

Валерий Рыбалкин "Принцесса Роза".

valeri_rb — Wed, 30 Jan 2013 14:34:11 GMT

ПРИНЦЕССА - РОЗА

В далёкой северной стране,
Где снег идёт над синью леса,
В прекрасном замке, в тишине
Жила - была одна Принцесса.

Умна, красива, весела,
Приветлива и не ленива.
Лицом - как зимний снег бела,
Но своенравна и пуглива.

Спокойно жизнь её текла.
И, наконец, по Божьей воле
Она, как роза, расцвела.
Прекрасна и нежна до боли!

Тут появились женихи.
Но выбирать она не стала.
Похоже, за отцов грехи
Её природа наказала.

Лишь скажешь ей или шепнёшь,
Что не по нраву деве оной,
Она щетинилась, как ёж,
ШИПАМИ Розы оскорблённой.

А выступали те шипы
Все вместе, вдруг, мгновенно, сразу.
И больно жалили в штыки,
Как жалит хвост дикобраза!

И не решились женихи
Сорвать покров с принцессы нежной,
Где, как расплата за грехи,
Шипы торчали под одеждой!

Тут ей сказал отец - король:
Принцесса ты была и есть ты.
И не к лицу Принцессе роль
Больной отверженной невесты!

И если кто поможет снять
Твою болезнь и гибель трона,
Тебя он в жёны может взять.
Ему полцарства и корона!

Из дальних и заморских стран
Напрасно лекари старались.
Затронув лишь Принцессы стан,
Они шипами обжигались!

Но тут с далёких островов
Надумал юный Принц жениться.
Шальная в нём взыграла кровь,
И Розы он решил добиться.

Она пришла к нему во сне.
Как солнца луч, подобно Богу!
Вся нежная, как первый снег,
И он отправился в дорогу.

В дороге он не пил, не ел,
Лишь образ девы юной видел!
В глаза ей с трепетом глядел,
Любил её и ненавидел!

Её виденье каждой ночью
К нему спускалося с небес!
Он, лицезрев её воочию,
Кричал: "Ты Ангел или Бес?"

И слышал он ответ невнятный:
"Ты нужен мне, приди, приди!.."
И светлый образ непонятный
Маячил где-то впереди.

Как часто мы бредём по свету.
И путь - дорога вдаль бежит...
Кто проложил дорогу эту?
Лишь Ангел нас в пути хранит!

Но путь привёл его к пещере,
В которой скрытно жил Шаман.
Какой он покланялся вере,
И вера то или обман?..

Про то известно только Богу
Тому, что создал этот Свет...
Но жил Шаман весьма убого,
И многим он давал совет.

Наш Принц явился за советом.
Шаман сказал: "Известно мне,
Что ровно в полночь ярким светом
В лесу дремучем, при луне,

Согласно древнему завету,
Вдруг папоротник зацветёт!
И Ведьма, зная сказку эту,
За ним НАГАЯ вся придёт!

Пойдёшь туда. Цветок заветный
Добудь и принеси ко мне!
Но НЕ СМОТРИ на Ведьму эту,
Не то, РАСТАЕШЬ в тишине!"

Настала ночь, и Принц влюблённый
Отправился в дремучий лес.
И там, надеждой окрылённый,
Он на сосну большую влез.

Увидел он весь лес до края,
А на поляне средь дубов
При лунном свете, вся нагая
В ГРОБУ лежит его любовь!

И гроб тот на цепях подвешен!
А чуть поодаль - яркий свет!
И он подходит, безутешен,
И видит, что Принцессы нет!!!

В гробу - костлявая старуха,
Рука протянута к нему!
И тут же, хвать его за ухо,
И тянет к гробу своему:

"Пойди, возьми цветок заветный
И принеси его ко мне.
Тогда Принцессы образ светлый
К тебе вернётся при луне!"

И отпустила. Ярко - красный
Разлился по поляне свет.
И вдруг расцвёл цветок прекрасный,
Какого больше в мире нет!!!

Весь переливами сиял он,
Чудесный Аленький цветок,
Как светлою зарёю алой
Сияет утренний восток!

Принц подошёл. Рукою властной
Сорвал со стебля красоту.
И - прочь от гроба в лес ужасный,
чтобы найти свою мечту.

Костями Ведьма грохотала,
И гроб летал среди ветвей!
В гробу вдруг села, потом встала,
Но Принц не верил больше ей!

Не оглянулся он ни разу.
Так, как учил его Шаман.
Запел петух, всё стихло сразу,
В лесу рассеялся туман...

Наш Принц стоял возле пещеры,
Отдал Шаману свой цветок.
Тот колдовал сверх всякой меры,
Молился, глядя на восток...

С ним Принц молился без утайки,
И Бог решил ему помочь.
Шаман сказал: "Жди на лужайке,
Когда наступит эта ночь.

Здесь ровно в полночь ты узреешь,
как Чёрт спускается с небес.
И в это время ты прозреешь,
Поймёшь, кто ангел, а кто Бес!"

Принц так и сделал. В час полночный
Чёрт с неба, будто с крыши слез.
И на поляне полуночной
Летал и прыгал старый Бес!

Наш Принц в рога его вцепился
И попытался оседлать.
Но тут лохматый Бес взмолился:
"Я всё готов тебе сказать!

Ты отпусти, тогда узнаешь,
Всё, что хотел бы ты узнать!" -
"Скажи сначала всё, что знаешь,
А после будем отпускать!"

Огни промчались по лужайке,
И крикнул Бес: "Спасёт её,
Скажу открыто, без утайки,
Лишь сердце нежное твоё!"

Вдруг всё пропало. Тут удало
Вскричал на хуторе петух.
И новый день зарёю алой
Родился на востоке вдруг.

Опять идёт наш Принц к Шаману
И вопрошает: "как понять?" -
"Поймёшь потом, а нынче РАНО.
Пророчеству ты должен внять!

Вас только двое во Вселенной!
Дорога вот! По ней иди!
Пусть светлый образ вожделенный
Маячит где-то впереди!"

И он пошёл опять по свету.
Куда, зачем и почему?
Зачем пишу я сказку эту?
Пока я тоже не пойму!

Но вот пришёл наш Принц в столицу.
Явился прямо во дворец.
Печальные увидел лица.
Его встречал Король - отец.

Принц рассказал про сновиденья,
Сказал, что знает, как помочь.
Король, сокрыв свои сомненья,
Решил представить ему дочь.

Он проводил его к Принцессе,
И о болезни рассказал.
Издалека, из-за завесы
Больную деву показал.

И замер Принц, томясь в сомненьях:
Всё наяву или во сне?
Вот та, что в странных сновиденьях
Давно является ко мне!

Её глаза светлей лазури!
Она прекрасна, как заря!
И Принц как будто обезумел.
За нею шёл он за моря!

Вот он, в порыве страсти нежной
Из-за завесы к ней идёт.
В глаза ей смотрит безмятежно
И тихо за руку берёт.

Но в сильной, яркой вспышке света
Вдруг ШИП острее, чем кинжал,
В ответ на нежность ласки этой
Пророс в руке, что он держал.

И он, узрев её уродства,
Вдруг от печали зарыдал.
Но столь разительное сходство
Он в этом монстре увидал

С тем идеалом, что навечно
Вошёл в него из странных снов!
- О, Боже, как бесчеловечно
Опять отнять мою любовь!!!

И тут неясных мыслей стайки
Сошлись в одну: "Спасёт её,
Скажу открыто, без утайки,
Лишь сердце нежное твоё!"

И он, сорвав с себя одежду,
ШИПОМ распарывает грудь!
И снова, обретя надежду,
Спешит в глаза её взглянуть!

А сердце, потеряв покровы,
В решётке рёбер, на виду
Ему отстукивало снова:
"Родная, я тебя найду!!!"

И, лишь услышав эти звуки
В его растерзанной груди,
Принцесса заломила руки
И молвила: "Приди, приди!!!"

Сердца их встретились, и светом
Вдруг озарился весь дворец.
Заклятье КОНЧИЛОСЬ при этом,
И ЧАРЫ ПАЛИ, наконец.

И весь народ, и вся столица,
И сам Король возликовал!
Кругом восторженные лица
И развесёлый карнавал!

Был пир и свадьба. Там поэтов
кормили снедью и вином.
Но сказка кончилась при этом
Весёлым пиром и добром!

Леонид Гайкевич. "Память"

Галеон — Tue, 29 Jan 2013 06:20:30 GMT

Память - источник и горя и радости,
Мы без неё, словно лики без святости.
В памяти правда людская и силища,
Память - истории нашей хранилище.

Пылью становятся горы высокие,
Илом заносятся реки глубокие.
Память хранит имена и события,
В каждой крупице таится открытие.

В каждом мгновеньи вся жизнь человечества,
Помню и верую свято в отечество,
Верю в Россию из пепла восставшую,
Памятью скорби на миг замолчавшую.

Вечная память погибшим и умершим,
Праздник Победы останется в будущем,
Праздник Победы бессмертен для вечности.
Память - источник души бесконечности.

Леонид Гайкевич. "Падал первый снег"

Галеон — Mon, 28 Jan 2013 12:49:43 GMT

Мягко и бесшумно
Падал первый снег.
Человек бездумно
Продолжает бег.

На покрове белом
Чёрные следы.
У души и тела
Вечно нелады.

Страстно тело хочет,
Как улитка, в дом.
А душа хохочет
Над своим рабом.

Силою лишь мысли
Человек сражён.
От уютной жизни
Убегает он.

Убегает в вечность,
Искупив свой грех.
Мягко и беспечно
Падал первый снег.

Леонид Гайкевич. "Солдатское сердце"

Галеон — Sun, 27 Jan 2013 15:53:53 GMT

Мы гибли в окопах, мы в танках горели,
Тонули в подлодках в пучине морской.
Идя на таран, одного мы хотели -
Разбить в сорок первом врага под Москвой.

Потом Сталинград был и Курск, и Варшава,
Всё чаще гремел над страною салют.
Гремела по миру солдатская слава,
Солдаты России к Берлину идут.

В тылу и на фронте мы верили свято
В Победу и в мирную жизнь без войны.
На главном параде бросали солдаты
Фашистские стяги под ноги страны.

Отстроилась Русь, распахала воронки,
Но Вечным огнём наша память горит.
И спать не дают по ночам похоронки,
Ничто не забыто, никто не забыт.

И павший на фронте и труженник тыла
Внесён в списки Родины Вечно живых.
Солдатское сердце Отчизну закрыло,
Воскресло и бьётся в потомках своих.